Знакомства с ником veff

9 best nzt images on Pinterest | Dating, Quotes and Relationships

одного этого достаточно для обязательного знакомства .. ника поля существенно в рамках решаемой задачи (напри Vef f (p) — 0 и Veff,p — 0. Немного не о ножах. Fausti Stefano После второй мировой войны, в году, в городе Маркено, что в Северной Италии, в возрасте 18 лет оружейник. ника семинара Николай Борисович Хохлов и Михаил Петрович Шара- пов эффект Σ = Veff + Vs + Vz; в сентябре днем суммарная скорость Σ = Veff − Vs + Vz; Особенно ценным было знакомство с мадам Кармен Капель- Боут.

Музыка смолкла, Галя ушла на кухню. Она оставалась хорошей, славной девчушкой, и останется такой еще долго. Но изменений не миновать, Галя больше не человек. Оттого, что она так заботилась о Павле, может быть, даже любила, ему было только больнее наблюдать превращение Галины в хозу.

На самом деле она не рассматривала рецепты, а стояла, невидимая, за спинами поваров. Смотрела, пробовала, слушала… Скоро научится и заставлять обычных людей отвечать на вопросы, потом — работать на. Хоза входит во власть. И зачем ей какие-то рецепты? Еще месяц, и пища в их доме будет появляться тепленькой хоть из Парижа. Если, конечно, никто не схватит Галю за руку. Хозы не терпят незарегистрированных коллег, магия любит порядок.

Павел опять включил компьютер, принадлежавший прежде Грише: Снова заиграла привычная музыка, но Павел быстро ее выключил — ни к чему злить хозу. Порой даже жутко представить, на что она способна… Никаких преград, кроме моральных, почти полная власть над предметами и людьми. С техникой Павел не слишком дружил, но забираться в интернет кое-как научился. Максимович какими-то своими способами проникал в сеть прямо из Москвы-1, присылал весточки. Знала ли о них Галя? Павел ей не говорил, она не спрашивала.

Из сети Паша не выходил целыми днями, благо в деньгах у них с Галей недостатка не было, и поэтому сразу увидел упавшее в почтовую программу сообщение, состоявшее из одного заголовка: Сам не усни. Павел быстро постирал все сообщения и откатился на кресле от стола. Галя уже шла по коридору. Пашка, я с тобой разведусь, если будешь таким унылым! Когда валялась сутками на кровати, когда тошнило постоянно, так не говорила.

Потому что еще не была хозой. Пожалуй, Белка Чуй прав насчет их породы… От этой мысли Павлу даже стало стыдно и он постарался прибыть к столу с улыбкой.

Надо было только в него посмотреться, и сейчас орудовали бы вдвоем. Сегодня будем есть фондю. Кулинария — дело тонкое, и начинающему магу с ним связываться опасно.

До сих пор Паша помнил о первом опыте Гали, после которого он несколько часов обнимал унитаз, жалея, что вообще появился на свет. Хоза вылечила себя сразу — видимо, побежала в Москве-1 к Максимовичу или Белке и они помогли. С тех пор Галя сначала пробовала все сама, но Паше о пережитом забыть было трудно. Поди пойми этих хозов с их магией! Павел постарался успокоиться, обнял Галю и поцеловал в затылок. Все же это по-прежнему она, а что стала сильной, могущественной — так что это меняет?

Только комплексы мужские шевелятся, спать не дают. А на самом деле надо радоваться. Любимая женщина, которая способна решить все проблемы. Что может быть лучше? Царствуй лежа на боку! Галя напряглась, голос у нее дрогнул. У Павла аж в горле запершило: Только ты… Будто по-другому ко мне относишься с каждым днем… Паша, я подумала: Ты отразишься, и станешь как.

И все будет хорошо. Она обернулась, прижалась мокрым лицом к щеке. Максимович сказал, что рано или поздно они придумают, как мне зарегистрироваться, ну, встать на учет в этом Архиве и все такое… Типа работать хозой, да? Вот и… Вроде того, что если все будет нормально, то я узнаю, где зеркало есть, или даже официально смогу тебя к нему провести.

И… И тип-топ все будет, понимаешь? Но чтобы стать такой, ей пришлось сперва расплакаться. Галя-хоза за своей речью не то чтобы следит, а просто слова-паразиты куда-то сами от нее сбежали.

Не прижились на принцессе, в которую она превращается. Руки обнимали пустоту, и Павел не опустил их, постоял еще. Так и должно быть: Хозу нельзя любить ни человеку, ни такому же отраженному, как. Они, по словам Белки Чуя, любить вообще не способны, и Павел верил. Он вернулся в комнату и запустил Sirius. Москва октября, утро Здесь было холодно. Траву и листья с ночи прихватила изморозь, на легком ветерке они, отяжелевшие, совсем не шевелились и лес производил впечатление сказочного и мертвого.

Да таким он, в сущности, и. Ник-Ник размашисто шагал по тропинке, вьющейся между толстых берез, из угла в угол рта медленно перемещалась сигара. Целая, толстая сигара, хотя в карманах полно любимых сигарных окурков. Но иногда следует изменять привычкам — в особо торжественных случаях. Почти, потому что на самом пределе слышимости кто-то глухо ворчал, выл, рычал… Инфразвук какой-нибудь?

Волосы на загривке от этих полузвуков становились дыбом. Пугают, или здесь всегда так? Ник-Ник шел нарочито не спеша. Не показывать испуг шакалам… А то ведь и в самом деле набросятся, что им Ник-Ник? Границы Власти города близко, а не достанешь. Обогнув ствол особенно толстого дерева, Ник-Ник увидел гнома.

Маленький, но вполне пропорциональный человечек, стоял, скрестив руки на груди, и как мог презрительно смотрел в грудь гостю. Выше поднять голову он не мог: Хоз специально подошел поближе, навис черной грозовой тучей над малышом. Хоз, разыгрывая негодование, тряхнул пышной черной гривой и осыпал гнома перхотью. Тот не дрогнул, только сморгнул. Ведомство Тьмы ждет. Теперь они шли не по тропе. Все чаще попадались мухоморы, и Ник-Ник даже немного развеселился: Дважды пришлось преодолеть настоящие буреломы.

Гном ловко протискивался в известные ему лазейки, а Ник-Ник всей тушей пер напролом, как танк. Плащ, однако, изрядно пострадал, хорошо хоть кожаные штаны выдержали. Даже одна из цепей, украшавших широкую грудь и еще более широкий живот Ник-Ника, зацепившись за сук, разлетелась на звенья. Без поддержки с верхних планов было уже тяжеловато, появилась одышка. Темные не любят слабости… Или наоборот, слишком любят.

По сторонам все также рычали да стонали, но никто не показывался. Наконец, оба как-то вдруг оказались перед огромным дубом. Между корней, как и полагалось, темнел вход в сырую пещеру. Ник-Ник последний раз яростно пыхнул сигарой и швырнул ее в гнома. Тот вдруг прыгнул навстречу, словно пес, поймал сигару широко распахнувшейся пастью и с удовольствием прожевал. Иди однако, не задерживай, они не любят. Пролезть внутрь и в самом деле оказалось нелегкой задачей, но спустя несколько шагов стены и свод раздались, Ник-Ник оказался в просторном помещении.

Слишком просторном, чтобы располагаться под дубом. Пахло плесенью и еще чем-то, шибающим в нос. Разом вспыхнула дюжина свечей, осветив пещерку. На пеньке это под дубом-то?! Над чем хозяйствуешь, Николай Николаич?

Ник-Ник даже вздрогнул, когда в пеньке вдруг появился здоровенный желтый глаз. И они стали смеяться. Бухаил тоненько, задирая вверх морду и обнажая острые черные зубы, а пенек — глухо, прикашливая. Я по делу пришел, забыли? Пенек продолжал ухать, а Бухаил сразу посерьезнел. Ведомство Тьмы с вами никаких дел не ведет. Что-то ты перепутал, мил хоз. Давно головенку-то свою простукивал?

Насмехаться не над кем? Вон, полон лес уродов! Хоз, видишь ли… Да какой ты тут хоз? От города на версту отошел — и уж не хоз, а так, человечишко.

Какие с тобой дела? Волосья опалить да сожрать. И снова засмеялись Бухаил и пенек Решето. Ник-Ник вышел из себя и сплюнул прямо на пол, хотел даже уйти, да опомнился. Даже если темные отпустят, свои не помилуют. Или обиделся, что сесть не предложили, не попотчевали? Плащик рваненькой, в штанцах только от долгов бегать, а уж сапожки-то — позор один… Бабьи сапожки. Только просьба эта и вам будет интересна. Да наш мальчик умнеет прямо на глазах!

Рыжего бродника по имени Белка Чуй. А на перстне том… — Ник-Ник вытащил из кармана плаща приготовленный листок с рисунком. Решето быстро проговорил что-то на неизвестном Ник-Нику языке.

Евгения Рюмина

Потому что… Вот послушайте! Сириус вне времени и пространства Григорий надраил специальной тряпочкой краники на кухне и в ванной, дверные ручки по всему дому, даже спусковой рычажок на унитазе. Пыль протер везде, полы мыл трижды. Постели заправлены, кантик набит, мебель выровнена по нитке. Вроде бы не к чему придраться. Боясь трогать стулья, Гриша опустился на шкуру йети в гостиной и утер пот той же тряпочкой.

Никаких часов он в доме Ийермуска не нашел, но предполагал, что немного времени еще. Надо же было такому случиться: В одно недоброе мгновение решиться бросить уютную квартирку в Москве, работу — глупость какая! К звездам захотел… Вот тебе звезды. Еще по дороге проклятый семипалечник заставлял и готовить, и убирать, и чуть ли не сказки рассказывать, зато обещал показать иной мир, чудеса миллионолетней цивилизации… И вот они, чудеса: Причем Гриша пошел на все добровольно, ведь в противном случае рассматривался бы как дикий зверь, подлежащий уничтожению.

Немного отдохнув, Гриша поднялся и задумчиво прошелся по комнатам. Дом в целом был довольно обычным. Ну, мебель немного другая, ну, полы не везде ровные как же он измучился сушить лужи в углублениях! Неужели они за миллион лет не придумали хотя бы пылесосов каких-нибудь для этого?

В остальном — жить. Но вот за дверью начинался Сириус, да такой, что в страшном сне не приснится. А может, и путались… Во всяком случае рев на улицах стоял постоянно: Ийермуск соглашался поговорить только в хорошем настроении, да и то вел себя по-скотски, обзывал животным и врал, как геройствовал на Земле во время Вторжения.

Из его отрывочных реплик Гриша узнал только, что Сириус — не планета, но и не звезда, и что грязному пятипалечнику этого не понять. Каждый вечер — или не вечер? Миллионы лет развития в дебилов… В блюде что-то затрещало, потом зазвучала музыка, вроде бы знакомая Грише по какому-то фантастическому фильму. Только качество было поганым. Гриша осторожно снял блюдо со стены, рассмотрел со всех сторон. Судя по весу — довольно дешевая керамика, если вообще не пластмасса.

Музыка между тем прекратилась, и голос, похожий на женский, стал что-то рассказывать то ли на одном из южно-китайских диалектов, то ли на еще более мудреном языке.

Гриша подскочил, завертелся на месте, хотел было повесить блюдо на место, но с ужасом обнаружил, что никакого гвоздя в стене. Когда нежданный гость вошел, он как раз пытался спрятать блюдо под нечто вроде дивана. Марс, если память не изменяет. Марс — это так близко к дому!

Слезы навернулись бывшему программисту-надомнику на. Сириусянин куснул блюдо в нескольких местах, принюхался и сказал уже уверенно: А вот ты на марсианина не похож. У тебя только один позвоночник, я сразу вижу. Все просто, тупица живородящая. Ну а на втором плане Марса я еще поручиком побывал… Жарко было, дружок.

Полная очистка разума, шестнадцать циклов в строю и… Долго. Между тем мне приказано разобраться с делом твоего Ийермуска в течение миницикла… — он побарабанил по блюду всеми четырнадцатью пальцами и оно вдруг перешло на английский. Надо будет у него купить перед конфискацией.

Скажи Ийермуску, что он под коричневым домашним арестом, и таким образом не имеет права даже на самоубийство. Скажи также, что отвечать придется не только за проваленное Вторжение и погибшую армию, но и за брошенного на произвол судьбы старшего по званию, а это блюдо я хотел бы купить. Дешево купить, так и передай. Лориклаксоз, громко топая сапогами, убрался вон, а Гриша кинулся к блюду.

Не сказать, чтобы он был силен в иностранных языках, но отдельные слова разобрать. Вот если бы они еще были напечатаны… Насладившись звуками знакомой, но малопонятной речи, Гриша принялся барабанить по блюду на все лады.

Время от времени оно реагировало: Даже с марсианской техникой справиться не могу. Москва октября, вечер Несмотря на пакет экологических законов, более двадцати лет назад принятый по всему первому плану, проектный отдел Горстроя в Москве никто не распустил. Строить, положим, теперь стало практически невозможно, без техники много не нагородишь, но проектировать никто не запрещал.

Зажги лучину, приколи лист из старых запасов, да и твори. Или просто возьми старый ватман и сотри с него предыдущее творение. Огромную, могучую пирамиду, чтобы с орбиты было хорошо. Основание должно было полностью покрыть не только Москву, но и значительную часть области.

Собственно город и окрестные поселения предстояло срыть, потом выровнять ландшафт и заложить фундамент. Какой именно материал использовать, Миша еще не решил, но на это время. А что это за уродцы такие на стенах? Люда Колоннаду для нового здания Тайной Полиции проектирует, Надя снос верхних этажей домов обсчитывает, экономическую, блин, выгоду, Леночка карандаши точит.

А ты в рабочее время пирамиды будешь акварелью раскрашивать? Грозно сверкнул очами Миша, он же БЧРу, кель-фатх-шуршур двоединый.

Но как объяснить этому человечку, что биорг, созданный на заводах Сириуса, не может думать ни о чем, кроме славы своего Императора? Талоны на паек сдашь Татьяне Викторовне. Начальник пошел прочь, раздраженно фыркая.

Миша, поразмыслив, решил пока его не убивать: Он аккуратно свернул чертеж, упрятал в тубус и с достоинством покинул здание. Талоны он, конечно же, никому не отдал: Татьяна Викторовна и так жирная, а сириусянским биоргам тоже надо кушать, они ведь не железные.

Темнело все раньше, и в городе, почти лишенном электричества, стремительно рос бандитизм. Поговаривали о каких-то странных существах, набрасывавшихся на людей и то похищавших, то выпивавших кровь, то сжиравших на месте. Газеты молчали, кажется, обо всем на свете, печатали только новые постановления правительства и дурные стишки во славу тех же постановлений. Миша попытался остановить дилижанс, но он оказался полон, кучер предостерегающе взмахнул кнутом.

Интересно, переведут ли меня в инженерные части за это рацпредложение? Любой, пролетающий мимо да вострепещет: От этих мыслей перед глазами заплясали желтые звездочки и Миша постучал себя по левому виску: Хоть заводы и сириусянские, но сборка местная. По пути он решил заглянуть к БЧРк в булочную, заодно и талоны отоварить, все. Пусть подавится и Татьяна Викторовна, и та ее племянница, что наверняка встанет за Мишин кульман. Он успел как раз вовремя: Задержись немного, Костя, дело.

Все же они в данный момент законсервированная боевая единица, и должны вести себя как люди. На столе, помимо огурчиков, исходящей паром кастрюльки с картофелем и высокой бутыли с мутным напитком, обнаружилось блюдечко с крохотными окорочками. Это уже всерьез не понравилось Мише. Император доверил вам эти тела не для того, чтобы вы их погубили в мирное время. Я больше ничего на рынке не нашел… И потом, мы тебя, дорогого гостя, не ждали.

Во время неудачного похода в Москву-0 некий программист Григорий все же исхитрился по просьбе подчиненных взломать мозги кель-фатх-шуршура и отменить приказ вышестоящего командира.

Потом Миша, конечно же, приказал им PIN-код забыть, но для себя записал. С этим кодом можно внедрить себе в голову любой приказ, но доверять такое дело двум олухам не хотелось. Мало ли на какую измену пустятся, низшие чины. Распродал вчерашнее, да и то из-под полы: Вот самогону взял, картошки.

Продал, правда, по цене лома… А кому теперь отвертки нужны? Уже все что можно, развинтили. Ну, боевые товарищи, за Семью! Они выпили, и Миша почувствовал, как отчаяние охватывает его душу. Как легко было жить прежде, не помня. Но после пробуждения о звездах уже не забудешь. Пусть Вторжение не задалось с самого начала, пусть просчиталось командование в своих играх с хозами и темными, но как это было славно: Ничего, сожрем, не французы чай.

Лягушек под Москвой полно! Зима скоро… — Миша помакал картошку в соль. Совсем другое было меню. Славно мы тогда законспирировались. Да, нулевой план — это вещь. Между прочим, мне свою земную семью кормить теперь нечем, булочная-то закрывается.

Навязались тоже на голову биоргу… Какие будут приказания, командир? Мы должны ждать зеленой ракеты на легальном положении. Санкт-Петербург октября, день Бухаил отчаянно торговался. Но темный начал с самого начала, с позиций. На рынке так права качай! Пень он или что-либо еще, Ник-Ник так и не разобрался пока, поэтому никак не отреагировал. Тоже мне, Старшие темных! Чучело, да и. Но вне Границ Власти, вдали от города, хоз почти беспомощен. Если зеркало позволяет тебе отражаться и тем жить в нескольких мирах, если ты с верхнего плана всегда можешь обеспечить себе безопасность и здоровье на нижнем — хотя всегда ли?!

Ох, да Она сама сдохнет со смеху, когда я ей расскажу. А хочешь, познакомлю вас? Но ведь на самом верхнем плане ты обычный, самый обычный человечишка. И как бы высоко не поднялся, на скольких бы планах не обрел могущество, на самом верхнем все равно будешь ничтожен. Все равно, семь у тебя отражений, или сто двадцать семь.

Угадал Бухаил или ляпнул наугад? Да, семь, всего семь отражений есть у Ник-Ника, всего семь одновременных жизней, шесть из которых — жизни магов. И только верхняя — человеческая, беспомощная, исполненная страха. Хозы никогда не говорят о таких вещах. Сколько тебе лет, Ник-Ник? Хоз молчал, пауза затянулась и даже Решето перестал ухать. Да если бы ты на брюхе не вымаливал себе омоложение у своих, что поопытней, повыше, как бы ты вообще жил на седьмом своем плане? От старости скопытился бы!

А ты, значит, ползаешь там перед каким-нибудь Феропонтом или Грузином и просишь: Что он работает на Феропонта, допустим, отследить было не так уж трудно. Грузин из кремлевской группировки хозов, с которыми у адмиралтейских война. Не случайно упомянул его Бухаил, ох, не случайно… Все знают, твари непостижимые. А там… Даже рассказывать тебе не буду, что там, наверху.

Тебе этого знать не положено, червяк. В лучшем случае ты станешь самым старым, самым высоким хозом, поднимешься выше. Сдохнешь там от старости, потому что некому будет помочь, омолодить. А не лезть на самый верх ты не сможешь, и я тебе глаза открою: Хотя что говорить… Не дожить. Бухаил враз посерьезнел и Ник-Нику отчаянно захотелось отлить, прямо. Он начал тихонько раскачиваться, стараясь не допустить на лицо гримасу. Потому что у них нет шанса, а у вас —.

Только шанс ваш — обманный… И ведь не знаете, что с вами, магами недоделанными, после смерти-то будет… Не знаете, а как боитесь… Вот ты говоришь: Ничего, я же вижу.

Зачем она тебе вообще нужна? Да что с его пузырем случилось?! Ведь специально всю жидкость загодя вывел. Я знаю, он не простой, бродник ерунду носить не станет. Ты мне теперь зачем? Найдем мы теперь бродника, разберемся с ним, ну а тебе — спасибо скажем. Мы должны объединить наши усилия.

Ник-Ник нам помощь предлагает. Когда он, с шумом продираясь через узкий вход, скрылся, мох на полу вздохнул. Бухаил взбежал на стену, Решето закрыл единственный глаз. Здесь он не нужен, пусть идет. Пусть жрут друг друга. Москва октября, вечер Белка появился почти сразу после того, как Галя начала посапывать. Павел едва успел выбраться из постели и натянуть трусы, как дверь приоткрылась. Скоро ты ей надоешь. Или начнет над тобой эксперименты ставить, очень личного характера. Галенька не спит одновременно на обоих планах, все хозы однажды через это проходят.

Им становится страшно, понимаешь? И тогда одно тело начинает караулить другое. Они же связаны, чувствуют друг друга… Галя на первом плане легла еще днем, ну а как проснулась — значит, на нулевом плане можно расслабиться.

Хорошо, что она еще молодая, неопытная, а то бы слышала все, что происходит в комнате, даже когда спит. Ты же по делу пришел? Белка Чуй оставил в покое чайник и уставился на Павла, будто видел его впервые в жизни. Бродник был примерно на полголовы выше, а просторная кожаная куртка делала его еще и массивным. Паша даже попятился под пристальным взглядом странных желтых глаз. Он сбросил с плеча неизменный рюкзак и присел на табуретку. Максимович когда-то давно еще заметил по своим свечкам-склянкам, что петли Реальности стягиваются, стал следить, и нашел в середине петли.

Он же говорил тебе об этом! Я покурю, а ты будешь учиться. Значит, сначала тащи сюда зеркало из прихожей, только Галю не разбуди. Ступая на цыпочках, Паша в полутьме нашарил овальное зеркало и снял его с гвоздя. Вернувшись на кухню, он установил его прямо на плите, упер нижним краем в конфорки. Белка Чуй уже вовсю пыхтел трубкой, наполняя помещение ароматным и немного кружащим голову дымом.

Щеки потемнели от щетины, под носом недельного роста усы. И без того довольно худой, он теперь выглядел каким-то измученным. Только быстро, потому что хозы могут засечь мое пребывание в Границах Власти Москвы, и тогда дело примет ужасный оборот.

Да ты расскажи сперва хоть что-нибудь! Ох, не зря Максимович говорил: Просто я не знаю, о чем спрашивать. Белка отвернулся к окну и сосредоточенно запыхтел. Скорчив ему рожу, Паша снова посмотрел в зеркало. Может, в этом дело? Павел наклонил голову, чтобы отражение растянуло щеки. Нет, не похоже оно на зеркало Грохашша, отразившись в котором, люди становятся хозами и начинают жить в двух мирах одновременно.

Ты же сказал, что я ребенок — вот и думай теперь сам, как и. Бестолковый к тому. Ладно, так и быть… Бродник довольно грубо схватил Пашу за шиворот и подтащил к самому зеркалу, едва не ткнул в него носом.

Тебе надо прыгнуть на первый. Там тоже есть похожий дом, похожая квартира, а в ней, в прихожей, висит примерно такое же зеркало. Ну, то есть… Я проверил, висит. Для прыжка надо знать, что тебя окружает, знать место.

Но когда не знаешь, куда прыгаешь, то делай вот так: Это я все сам придумал, сам… — Белка дышал Павлу в самое ухо. Теперь я отойду, а ты зажми уши, чтобы ничего не слышать, потом, когда устанешь смотреть, глаза тоже — и прыгай. Только не высоко, а легонечко: Он зажал уши, попытался представить себе, что как только подпрыгнет, то из-под него быстро уберут эту квартиру и подставят какую-то другую… Но какую и что там делать? Поняв, что ничего не получится. Паша опустил веки, вздохнул и чуть-чуть подпрыгнул, лишь на долю секунды оторвав подошвы от кухонного линолеума.

Тут же его каблуки стукнулись о паркет. Павел открыл глаза, отнял ладони от ушей. Громко тикали часы — в квартире Гриши, где они с Галей проживали после исчезновения хозяина, таких не водилось. Он выпрямился и понял, что уже не нависает над кухонной плитой. Зеркало, перед которым Павел стоял, было одной из створок обшарпанного шкафа-купе.

Он обернулся и оказался перед раскрытой в темную комнату дверью. Стеклянная дверь задрожала от прикосновения пальцев, кто-то в комнате снова всхрапнул.

Законов этого мира Павел не знал, но помнил по рассказам Максимовича, что планы порой сильно отличаются друг от друга. Он попятился назад в прихожую, на ощупь нашел дверь. Замки, к счастью, оказались знакомого типа.

Только выбравшись на освещенную почему-то голубоватым светом лестничную площадку, Паша перевел дыхание, нервно закурил и огляделся. Он действительно куда-то прыгнул. Ступени здесь были ниже, чем он помнил, перила из какого-то материала, больше всего напоминавшего стекло. Но хуже всего, что через окно Павел увидел, как внизу проехала машина.

Он даже слышал, как в ночной тишине работает мотор. А вот этого быть никак не могло: Москва-1, или же первый план, по уверениям Максимовича жил по неким экологическим законам, почти полностью исключавшим использование не только двигателей внутреннего сгорания, но даже и электричества. Ищи теперь меня, ищи быстро, а то как бы чего не вышло. Здесь оказалось гораздо холоднее, чем в Москве-0, изо рта так и валил пар. Павел хотел было пристроиться на батарее, но их в подъезде просто не оказалось.

Глава II Сириус, вне времени и пространства От Ийермуска Гриша ждал чего угодно, но сириусянин исхитрился удивить даже его: Тот очнулся, но с таким воплем, что землянин предпочел закрыться в хозяйской спальне и подпереть дверь стулом.

Насколько Гриша понял, вода была не совсем обычной и Ийермуск получил ожоги средней тяжести. Или через дверь пристрелю, но лучше — открой! Гриша даже испугался, но кортик, личное оружие Ийермуска, из которого он действительно мог продырявить даже кита, висел на стене в спальне.

Гриша, хоть ты меня пойми: Сплошное кумовство… Но ты-то ведь знаешь, что я геройски сражался, а покинул вашу планету только оставшись без связи! Я прилетел сюда за помощью, просто не было пока времени обратиться в Министерство… Открой, Гришенька, мне плохо.

Периоды агрессии проходили у сириусянина довольно быстро, и в минуты, когда он, жалкий и растерянный, готов был просить прощения у всего мира, кто-нибудь даже мог подумать, что он неплохой мужик.

Контент владимир - Страница 37 - Главный форум метрологов

Но Гриша, которого Ийермуск порой постукивал слабыми разрядами из кортика просто в профилактических целях, начав эту традицию еще с совместного полета на спасательном боте, вовсе не считал Ийермуска достойным доверия. Поэтому прежде чем открыть, питомец спрятал кортик хозяина. Впрочем, сириусянин на стену даже не взглянул, сразу улегся в кровать. Или нет, оба тащи. Это конец, я буду публично эволюционирован.

Некоторое время Ийермуск сосредоточенно посасывал то из одного, то из другого баллона, лицо его серело, на шее набухали черные мешки. Если бы Гриша не видел сириусянина пьяным прежде, то мог бы здорово испугаться. Дело принимало совсем уж скверный оборот: Именно продукцией этих заводов Ийермуск его кормил, утверждая, что это универсальное питание для действующей армии. Гриша страдал, но ел какую-то зеленую дрянь, ел до тех пор, пока не нашел в одной из банок пуговицу.

С Гришей тогда случилась небольшая истерика, но Ийермуск посредством слабых разрядов из кортика и короткой лекции убедил его, что людей зеленых не бывает. Неужели ты окажешься настолько недостойным, что позволишь отдавшему для тебя жизнь андромедянину отправиться на помойку несъеденным? Его не вернешь, а я, слава Императору, недостаточно богат, чтобы покупать тебе сириусянскую еду. Да и сдохнешь ты от нее, сказать по правде, в страшных муках. Гриша нащупал на груди андромедянскую пуговицу, которую носил на шнурке то ли в качестве амулета, то ли просто сувенира, и покачнулся.

Сириусянин даже не обратил внимания на невежливое обращение. Я тебя там спрячу! Приказы Императора не обсуждаются. И где, звездная смерть, мой кортик?!

Григорий ногой подальше затолкал оружие под диван, принес хозяину сразу два баллона и отсел подальше, к круглому маленькому окошку. Через окно было видно дорогу, по которой время от времени маршировали роты биоргов всевозможных неземных образцов. Первые дни Гришу это зрелище занимало: Сириус остался для него совершенно непонятным и, что обиднее всего, сам Ийермуск похоже тоже ничего не понимал и понимать не желал. Только одно и слышишь со всех сторон: Может, они зомбированы, как биорги?

Ийермуск, а может, тебя как-нибудь раскодировать можно? Там, вне Сириуса, никакой жизни. Там только имитация… Все эти ваши Земли, Марсы, Андромеды… — Ийермуск перевернулся на бок, сдернул со стены ковер и накрылся. Он полез под диван искать кортик и нащупал говорящее марсианское блюдо.

Совсем забыл про него, а ведь хотел расспросить Ийермуска, когда успокоится. Прихватив с собой и его, Гриша пошел готовиться к побегу. Через дверь не выйти, силовое поле пропускает лишь хозяина, да, как выяснилось, представителей власти.

Значит — окно, выходящее на тихую, почти симпатичную помойку. Правда, завалена она была вещами довольно подозрительными, и время от времени там пробегали еще более подозрительные многоногие твари… Однако Гриша очень не хотел на консервный завод. Он достал плазменные простыни Ийермуска и начал осторожно резать их кортиком. Позже он несколько раз выигрывал международные призы, представляя свой нож Toijala. Он всё ещё делает эти ножи, но сейчас всё больше концентрируется на изготовлении ножей собственного дизайна.

Как я уже сказал, начиная с девяностых Юкка занят разработкой собственного дизайна ножей. Поиски своего стиля привели его к простым и чистым линиям, и в то же время его ножи, прежде всего, функциональны: Чтобы дать жизнь новому проекту, Юкка нередко тратит на его разработку несколько лет: Среди других успешных моделей Юкка — финский утилитарный Lastu или Eppu, нож для любителей экстремальных походов, охотников и рыбаков.

Юкка всегда нравились складные ножи, и у него был один такой в детстве, но свой первый складник он сделал уже в х. В последнее время он заинтересовался мозаичным дамаском, этот материал просто околдовал. Не имея на руках никакой достоверной информации, он проделал немало опытов, пока не добился результата. Но теперь Юкка делает самые разные рисунки на своём мозаичном дамаске ему особенно нравятся изображения животных и в основном использует его как материал для декоративных накладок на своих складниках и охотничьих ножах.

Может быть, это следствие долгой военной службы Пекка? Для изготовления стандартного дамаска он использует углеродистые стали марок 15N20 и 1. Для рукоятей прямых и складных ножей с дамасским клинком он предпочитает африканское чёрное дерево из Мозамбика, эбеновое дерево Макассар, кость лося, ископаемую кость мамонта, но также нередко использует карбонфибру или микарту.

Для более традиционных финских ножей он может взять пластины или кору берёзы, отростки рога или кость оленя и. Между прочим, его ножи всегда получают названия разных мест, рек и озёр, которые окружают его ферму.

Кузня Юкка расположена в отдельном здании, и там в его распоряжении: А свою рабочую мастерскую он устроил в бывшем свинарнике, который недавно отремонтировал и разделил надвое: Эта маленькая деталь имеет очень большое значение в стране, где во все стороны от каждой деревушки — леса и леса без края и где плотность населения — всего лишь 17,25 человека на квадратный километр. Юкка обычно регулярно посещает ножевые шоу: Мне было очень интересно услышать, что прямо в самолёте, возвращаясь с очередного международного шоу, Юкка с несколькими другими товарищами решили организовать ножевое шоу в Хельсинки.